Видно, и вообразить не мог, что она про все знает.
И за Сатану она его вряд ли тогда же, в ночь преступления, приняла.
Сначала, вероятно, была растеряна, не знала, что думать и как поступить.
Но женская любовь способна оправдать все что угодно.
Я помню, как Наина Георгиевна сказала: "Любовь тоже преступление", налегая на слово "тоже". Вот у ней что в голове-то было... Она решила защитить своего возлюбленного.
Потому и отраву собакам подсыпала.
Я видела, когда Бубенцов приехал, это уже при мне было, как она на него вначале смотрела: очень странно, даже с отвращением.